Кудымкарская епархия
официальный сайт Кудымкарской епархии Пермской
митрополии Русской Православной Церкви

Духовный источник


Духовный листок


Жития святых


Праздники


Проповедь на каждый день


Уважаемые
посетители
сайта!

Будем признательны Вам за пожелания и замечания по работе нашего портала.

Какие материалы вам будут интересны, чего не хватает на сайте, на ваш взгляд?


Отправить предложение

Ваше мнение

Как часто Вы посещаете наш сайт?
  Каждый день 
  35.66%  (46)
  Несколько раз в неделю 
  20.16%  (26)
  Раз в месяц 
  19.38%  (25)
  Каждую неделю 
  12.40%  (16)
  Другое 
  12.40%  (16)
Всего проголосовало: 129
Другие опросы

Все теги

Главная  /  Духовный источник  /  Духовный листок /  Апрель 2019

Христианский взгляд на болезнь и смерть. Святии досадами совершаются.

15.04.19

Чтобы спастись, надо смириться, потому что гордого если и силою посадить в рай, он и там не найдет покоя и будет недоволен, и скажет: «Почему я не на первом месте?» А смиренная душа исполнена любви и не ищет первенства, но всем желает добра и всем бывает довольна.

прп. Силуан Афонский

Христианский взгляд на болезнь и смерть 


Болезни и смерть суть общий человеческий жребий. Всякий человек более или менее подвержен болезням. Всякий человек рано или поздно умирает. Никакое звание, никакой пол, никакой возраст, никакое время, никакое место, никакие связи, никакое богатство, никакая бедность, никакая мудрость, никакая осторожность, никакая хитрость - ничто не может охранить нас от болезни и смерти. Этот общий наш жребий, так часто бывающий причиной жалоб, ропота, страха, слез и стона, стоит того, чтобы получить о нем правильное понятие. 

Наша участь была бы весьма горька, если б мы ничего не знали о болезнях и смерти больше того, что дает нам знать опыт, потому что тогда мы знали бы только то, что все люди, жившие на земле прежде нас, перестали жить для того, чтобы дать место на земле нам, их потомкам, а мы перестанем жить, чтобы дать место потомкам нашим. Впадая в жестокую болезнь, мы могли бы утешать себя только тем, что эта жалкая участь есть участь всякого. Приближаясь к смерти, мы могли бы иметь в виду только могилу, разрушение и тление. Наша участь была бы жалче участи всех существ, лишенных разума и самосознания. 

Почти такова и была участь всех древних народов: египтян, греков, римлян и других, блуждавших до пришествия Христа во тьме язычества. Их вельможи, их люди богатые, обыкновенно жили рассеянно и весело, руководствуясь только мыслями безумных: степи бо преход житие наше, и несть возвращения кончины нашел... никто возвращается. Приидите убо, и насладимся настоящих благих... Вина дражайшаго и мира исполнимся... Ни един от нас лишен да будет нашего наслаждения: везде оставим знамение веселия, яко сия часть наша, и жребий сей. Насилие сотворим убогу праведному, не пощадим вдовицы, ниже старца устыдимся седин многолетных. Да будет же нам крепость закон правды... (Премуд. Солом. 3, 5-11). Когда же посещала их какая-нибудь жестокая болезнь или явно приближалась к ним смерть, тогда вся бодрость их тотчас обращалась в совершенный упадок духа - в отчаяние. Ничто не могло ободрить их: они не имели ничего утешительного в будущем. 

Напротив, наше состояние при данном нам святом Откровении чрезвычайно утешительно, и мы знаем, что можем подвергнуться разного рода болезням, но знаем, что наши болезни попускаются на нас от Господа Бога для показания нам нашей бренности и нашего бессилия, для укрепления нашего упования на Бога, для оживления нашей молитвы к Богу, а особливо для расположения нас к покаянию и исправлению. Ибо Дух Божий говорит: чадо, в болезни твоей не презирай, но молися Господеви, и Той тя исцелит. Отступи от прегрешения и направи руце, и от всякого греха очисти сердце твое (Сирах. 38, 9. 10). И мы знаем, что непременно все умрем, но знаем и то, что по смерти для нас есть жизнь другая, жизнь свободная от всякой болезни, от трудов, от холода, от зноя, от страхов, от горести и слез - жизнь, никогда не прекращающаяся, вечно блаженная, свободная даже от опасения всякого зла. 

Все это мы знаем, все это ясно открыл нам Господь Бог. Правда, нашему праотцу Адаму, после его согрешения Господь Бог сказал: возвратишися в землю, от неяже взят еси (Быт. 3, 19). Но эти слова значат не то, что он должен был умереть весь, а то, что в землю при смерти возвратится, как пояснил Премудрый, только персть, только тело, состоящее из земных стихий, а дух возвратится к Богу, Иже даде его (Еккл. 12, 7). Это ученье о нашей жизни после смерти, которое люди первых времен так часто забывали, а посему проводили земную жизнь весьма грубым, гнусным и постыдным образом, Господь часто возобновлял в Ветхом Завете посредством Своих св. Пророков, дабы Его избранный народ и все другие, бывшие в связи или в сношениях с ним, не теряли веры в жизнь будущую. 

Сам Сын Божий, Которого Бог Отец благоволил послать на нашу землю, между прочим, для того, чтобы научить нас истине (Ин. 18, 37), многоразлично уверял нас о бессмертии нашей души и о будущей жизни, так, например, ясно говоря: грядет час, егда мертвый услышат глас Сына Божия, и услышавше оживут (Ин. 5, 25). Грядет час, в онъже вси сущий во гробех услышат глас Сына Божия, и изыдут сотворшии злая в воскрешение живота, а сотворшии злая в воскрешение суда (Ин. 5, 28. 29) и т.п. 

То же говорили и св. Апостолы. Св. апостол Павел писал к Солунянам: да не скорбите, якоже и прочий не имущий упования, т.е. язычники (1 Солун. 4,13). Како глаголют нецыи в вас: яко воскресения мертвых несть? Аще воскресения мертвых несть: то ни Христос воста. Аще же Христос не воста: тще убо проповедание наше, тща же и вера ваша (1 Кор. 15,12-14). 

Именно на вере в жизнь будущую св. Апостолы основывали в своих посланиях все свои увещания, угрозы, утешения и ободрения для тех, к кому писали, и именно в истине будущей жизни убежденный, св. апостол Павел сказал о себе: мне бо еже жи-ти, Христос; и еже умрети, приобретение есть (Флп. 1, 21). Желание имый разрешитися, и со Христом быти (Флп. 1, 23). 

Когда таким образом смотрим на наши болезни и на нашу смерть, тогда исчезает всякая тьма и скорбь, исчезают страх и ужас, так сильно подавляющие многих людей. Тогда скорбь ослабляется, тьма обращается в свет и страх тления - в утешительную надежду бессмертия. Правда, иногда страдания христианина бывают весьма тяжки: особливо, когда его болезни, как нередко случается, продолжаются очень долго или даже всю жизнь до самой смерти, но и в этом состоянии, в котором мир не может дать никакого утешения, вера доставляет своим страдальцам величайшее утешение и облегчение. Истинно верующий твердо помнит слова св. Апостола: егоже любит Господь, наказует (Евр. 12, 6), и аще наказание терпите, якоже сыновом обретается вам Бог (Евр. 12,7). Повинщгся Отцу духовом, и живи будем... да причастимся святыни Его (Евр. 12, 9-10). Верующий помнит и молится: «Владыко, Господи! укрепи мое терпение! Я был бы недостоин посланного мне Твоею любовью страдания, ежели бы не хотел перенести его с терпением и воспользоваться моим страданием по Твоей, для моего блага, крайне спасительной цели - к очищению моей души!» Так молились тысячи христиан во время своей болезни. Так молились даже величайшие грешники, люди, сделавшиеся неверными Богу своими тяжкими грехами и совершенно сбившиеся с пути спасения, но потом обратившиеся с покаянием и при твердой вере в Спасителя и Его заслуги получившие посредством таинства Покаяния прощение грехов. Они молились, и - Ангел Господень укреплял их в страдании, как он в Гефсимании укреплял Самого Господа пред Его страданиями. 

Истинный христианин не бывает без утешения и при явной и скорой смерти. Смерть для него не есть зло. На смерть, как на зло, смотрят только не христиане, но, как называет их св. Апостол, грешницы нечестивый, часть порочна, в похотех своих ходяще нечестием и законопреступлением (Иуд. 15, 16). Смерть для христианина есть конец его странствования и переход в истинное отечество, в жизнь действительную. Смерть вводит детей Божиих в дом их Отца и в покой, вводит туда, где уже отнюдь не будет ни плача, ни вопля, ни болезни, ни смерти (Апок. 21, 4). Смерть для них есть второе рождение - рождение для жизни истинной, вечной, для жизни с Господом Иисусом Христом и со всеми Святыми, для жизни самой блаженной. 

Святии досадами совершаются 


Жизнь человеческая не может быть без искушений, но искушения сии неравны для каждого. Бывают искушения великие, тяжкие, которые всякому страшны и для всякого очевидны; есть и другого рода искушения, которые не так приметны, но тем не менее тяжелы и скорбны. К сему последнему роду относятся житейские огорчения или досады. 

Нет человека, которому неизвестно было бы это искушение; без огорчений редко кто проведет и несколько дней. Сколько случаев к неудовольствиям и досадам в обыкновенной ежедневной жизни каждого! В семействе и в обществе, от врага и друга, от знакомого и незнакомого, с намерением и без намерения, по причинам и без причины огорчения рождаются непрестанно и встречают человека на всех путях жизни. Вы довольны своим состоянием? Другие недовольны этим. Вы желаете добра ближнему? Ближний ваш желает добра только себе одному. Вы усердны к делу, находите удовольствие в труде, ожидаете доброго успеха в занятиях? Усердие ваше не оценено, труд не награждается, как должно, успех не отвечает ожиданию. У вас спокойно в доме? Вас беспокоят в обществе. Добрые желания, намерения, цели не предохраняют вас от клеветы, этой обыкновенной язвы общества, бескорыстие вашей дружбы не спасает вас от своекорыстия друзей ваших и проч. Дети для родителей, родители для детей, подчиненные для начальников, начальники для подчиненных, один для другого вообще, намеренно или ненамеренно, только почти беспрерывно подготовляют новые неудовольствия и огорчения. Но если бы мы и уединились от людей, огорчения последуют за нами и в самое глубокое уединенье, потому что корень их внутри нас самих. «Когда я был в уединении, - говорит один из святых подвижников Божиих, -и мне не на кого было гневаться, то я гневался на топор, которым рубил дрова, на сосуд, которым черпал воду, и прочее». Такова поврежденная природа человеческая, она не любит сознавать свои недостатки и всегда ищет вины собственных слабостей вне себя. Отсюда новая цепь огорчений. Гордый не терпит унижения, и когда унижается, досадует на других; тщеславный ищет незаслуженной им чести, и когда не получает ее, досадует на других; своекорыстный везде и все хотел бы обратить в свою пользу, и когда не успевает, досадует на других; ленивый не любит труда, и когда терпит лишения за собственную свою праздность, досадует также на других; гневливый раздражается без причины; подозрительный боится призраков; завистливый снедается своею завистью - и всякий досадует не на себя, а на других. 

Из этих-то огорчений и досад слагается тот крест, который мы начинаем носить прежде, чем начнем понимать огорчения, и слагаем только при гробе, когда перестаем чувствовать. Даже плачем от досады. Юноша раздражается ею и готов всегда заплатить за нее двойным огорчением, муж не всегда благодушно терпит ее, но старается затаить огорчение в душе своей, отлагая до времени приговор свой огорчившему, старец любит жаловаться на свои огорчения, как бы предоставляя другим воздать за них должное. Каждое огорчение, каждая досада могут быть сами по себе очень мелочные, но, постоянно уязвляя сердце человека, могут чрез это самое омрачить жизнь его. Пусть на пути, которым вы идете, не будет острых камней, но если он усыпан и самым мелким тернием, то вы скоро изнеможете в путешествии, если не хотите быть в этом случае осторожными и не имеете нужного терпения. Удивительно ли после этого, что у людей образуется иногда угрюмый и мрачный характер единственно оттого, что их изранили огорчения и досады, с которыми они не умели совладеть или не хотели бороться, отдаваясь неприятным впечатлениям без всякого сопротивления! Потребно святое искусство побуждать всякое огорчение и обращать даже в пользу всякую досаду. Из опытов людей богомудрых и праведных извлечена сия истина: досадами святии совершаются. 

Может каждый понять, как это бывает, в чем состоит искусство употреблять в собственную пользу разные огорчения и досады. Если великие испытания посылаются для того, чтобы вывести, так сказать, наружу внутренние сокровенные доблести или искусно и тщательно прикрытые слабости испытуемого, то не иное действие производят и малые испытания, которые встречаем мы ежедневно в различных видах. Если бы у человека не было никаких неприятностей, то он преспокойно почивал бы на уверенности в своем нравственном совершенстве и сам не подозревал бы, сколько зла таится в его поврежденной грехом природе, сколько у него слабостей и недостатков нравственных. Но когда огорчения проникают в его душу, тогда он пробуждается от нравственной дремоты своей, и если хочет быть сколько-нибудь внимательным к себе самому, то не может не видеть своих немощей. Кто казался себе кротким, тот является гневливым, кто думал быть независтливым, нетщеславным, негордым и пр., у того обнаруживается зависть, возбуждается тщеславие, восстает гордость. Словом, мнимые добродетели наши исчезают одна за другой по мере того, как неприятности житейские начинают, так сказать, пробовать сердце наше с различных сторон. С каждым днем оказываются в нас новые недостатки, которых прежде мы не замечали. Пусть же пользуется такими открытиями всякий, кто не нерадит об усовершенствовании своем, и самые неприятности ежедневной жизни послужат для него средством к улучшению своей природы. 

Ненапрасно мудрые и опытные в духовной жизни подвижники Христовы не одобряли безусловно жизни отшельнической и совершенно запрещали ее таким людям, которые не искусились еще в жизни общественной. Кто не довольно знаком с самим собою, со своим внутренним человеком, тому совершенное уединение опасно, потому что в уединении человек может оставаться в постоянном самообольщении. Напротив, в обществе, где наши наклонности, побуждения, желания, страсти постоянно сталкиваются с подобными же наклонностями, стремлениями и Страстями других людей, глубины сердца нашего открываются сами собой, и мы можем видеть себя такими именно, каковы на самом деле. И это самопознание приобретается преимущественно через неприятные столкновения людей между собой, через те огорчения и досады, которые они взаимно наносят друг другу. В таком случае не нужно быть только через меру нетерпеливым или упорным, и характер человека образуется как бы поневоле. Самые острые камни стираются один о другой, когда движутся вместе, точно так и характеры, самые резкие от природы, уравниваются и смягчаются, когда люди живут и действуют в обществе. Особенно же для тех полезно такое состояние, которые живут, главным образом, для неба, для жизни вечной. Частые претыкания пробуждают их к беспрерывной духовной бдительности; частые возмущения сердца усугубляют их заботы о мире внутреннем, частые боли душевные возвышают их терпение. Оттого они постоянно возвышаются над земными неудовольствиями и скорбями и приближаются к тому безмятежно духовному, которое составляет блаженный удел святых Божиих, обитающих в селениях небесных. Сердце их испытано во всех его движениях, и уже нет обмана ни для них самих, ни для других в его доблестях. Как золото, седмерицей разженное и искушенное, оно блистает неподдельным блеском чистоты, и крепость его добродетели не сотрется ничем. Так досадами святии совершаются!

Кудымкарская епархия.
Русская Православная Церковь.
Московский патриархат.

Подписка на новости сайта

Создание и поддержка сайта - "Интернет проекты"
Работает на: Amiro CMS