Кудымкарская епархия
официальный сайт Кудымкарской епархии Пермской
митрополии Русской Православной Церкви

Духовный источник


Духовный листок


Жития святых


Праздники


Проповедь на каждый день


Уважаемые
посетители
сайта!

Будем признательны Вам за пожелания и замечания по работе нашего портала.

Какие материалы вам будут интересны, чего не хватает на сайте, на ваш взгляд?


Отправить предложение

Ваше мнение

Как часто Вы посещаете наш сайт?
  Каждый день 
  35.66%  (46)
  Несколько раз в неделю 
  20.16%  (26)
  Раз в месяц 
  19.38%  (25)
  Каждую неделю 
  12.40%  (16)
  Другое 
  12.40%  (16)
Всего проголосовало: 129
Другие опросы

Все теги

Апостол от 70-ти Первомученик Стефан, архидиакон

09.01.19
Дни памяти:

9 января
17 января – Собор 70-ти апостолов
15 августа – Перенесение мощей из Иерусалима в Константинополь
28 сентября – Обре́тение мощей

Жизнеописание

Свя­той Сте­фан про­ис­хо­дил из ев­ре­ев, жив­ших за гра­ни­цей, т. е. вне Свя­той Зем­ли. Та­кие евреи на­зы­ва­лись эл­ли­ни­ста­ми, так как в них чув­ство­ва­лось вли­я­ние гре­че­ской куль­ту­ры, до­ми­ни­ро­вав­шей в Рим­ской им­пе­рии. По­сле со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха на апо­сто­лов Цер­ковь ста­ла быст­ро рас­ти, и воз­ник­ла необ­хо­ди­мость за­бо­тить­ся о си­ро­тах, вдо­вах и бед­ных во­об­ще, при­няв­ших кре­ще­ние. Апо­сто­лы пред­ло­жи­ли хри­сти­а­нам вы­де­лить семь до­стой­ных му­жей для опе­ки нуж­да­ю­щих­ся. По­свя­тив этих семь че­ло­век в диа­ко­ны (что зна­чит по­мощ­ни­ки, слу­жи­те­ли), апо­сто­лы сде­ла­ли их сво­и­ми бли­жай­ши­ми по­мощ­ни­ка­ми. Сре­ди диа­ко­нов вы­де­лял­ся сво­ей креп­кой ве­рой и да­ром сло­ва мо­ло­дой Сте­фан, на­зы­ва­е­мый ар­хи­ди­а­ко­ном, т. е. пер­вым диа­ко­ном. В ско­ром вре­ме­ни диа­ко­ны, кро­ме по­мо­щи бед­ным, ста­ли при­ни­мать бли­жай­шее уча­стие в мо­лит­вах и бо­го­слу­же­ни­ях.

Сте­фан про­по­ве­до­вал в Иеру­са­ли­ме сло­во Бо­жие, под­креп­ляя ис­тин­ность сво­их слов зна­ме­ни­я­ми и чу­де­са­ми. Успех его был очень боль­шой, и это воз­бу­ди­ло про­тив него нена­висть рев­ни­те­лей за­ко­на Мо­и­сея — фа­ри­се­ев. Они схва­ти­ли его и по­влек­ли в си­нед­ри­он — выс­шее су­ди­ли­ще у ев­ре­ев. Здесь фа­ри­сеи пред­ста­ви­ли лож­ных сви­де­те­лей, ко­то­рые утвер­жда­ли, что он в сво­их про­по­ве­дях оскорб­ля­ет Бо­га и про­ро­ка Мо­и­сея. В свое оправ­да­ние свя­той Сте­фан из­ло­жил пе­ред си­нед­ри­о­ном ис­то­рию ев­рей­ско­го на­ро­да, по­ка­зы­вая на яр­ких при­ме­рах, как евреи все­гда про­ти­ви­лись Бо­гу и уби­ва­ли по­слан­ных Им про­ро­ков. Чле­ны си­нед­ри­о­на слу­шая его, все бо­лее раз­го­ра­лись гне­вом.

В это вре­мя Сте­фан уви­дел, как над ним рас­кры­лось Небо, и он вос­клик­нул: «Я ви­жу небе­са от­вер­стые и Сы­на Че­ло­ве­че­ско­го, сто­я­ще­го одес­ную Бо­га» (Деян.7:56). Услы­шав это, чле­ны си­нед­ри­о­на при­шли в ве­ли­кую ярость. За­ты­кая свои уши, они бро­си­лись на Сте­фа­на и по­влек­ли его за го­род. Здесь, как за­кон по­веле­вал, сви­де­те­ли, пер­вые об­ви­нив­шие Сте­фа­на, пер­вы­ми ста­ли по­би­вать его кам­ня­ми. При этом при­сут­ство­вал юно­ша, име­нем Савл, ко­то­ро­му бы­ло по­ру­че­но сте­речь одеж­ды по­би­ва­ю­щих кам­ня­ми. Он одоб­рял уби­е­ние Сте­фа­на. Па­дая под гра­дом кам­ней, Сте­фан вос­клик­нул: «Гос­по­ди Иису­се! Не вме­ни им гре­ха се­го и при­ми дух мой». Со­бы­тие это и речь Сте­фа­на в си­нед­ри­оне опи­сал Еван­ге­лист Лу­ка в кни­ге Де­я­ний Апо­сто­лов, гла­вы 6-8.

Так ар­хи­ди­а­кон Сте­фан стал пер­вым му­че­ни­ком за Хри­ста в 34 го­ду по­сле Р. X. По­сле это­го на­ча­лось в Иеру­са­ли­ме пре­сле­до­ва­ние хри­сти­ан, от ко­то­ро­го они вы­нуж­де­ны бы­ли бе­жать в раз­ные ча­сти Свя­той Зем­ли и в со­сед­ние стра­ны. Так хри­сти­ан­ская ве­ра ста­ла рас­про­стра­нять­ся в раз­ных ча­стях Рим­ской им­пе­рии. Кровь пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на не про­ли­лась да­ром. В ско­ром вре­ме­ни Савл, одоб­ряв­ший это убий­ство, уве­ро­вал, кре­стил­ся и стал зна­ме­ни­тым Пав­лом — од­ним из са­мых успеш­ных про­по­вед­ни­ков Еван­ге­лия. Мно­го лет спу­стя Па­вел, по­се­тив Иеру­са­лим, был то­же схва­чен разъ­ярен­ной тол­пой иуде­ев, хо­тев­ших по­бить его кам­ня­ми. В сво­ей бе­се­де с ни­ми он вспом­нил о невин­ной смер­ти Сте­фа­на и о сво­ем уча­стии в ней (Деян.22).


2/15 августа — Перенесение из Иерусалима в Константинополь мощей первомученика архидиакона Стефана

Пе­ре­не­се­ние из Иеру­са­ли­ма в Кон­стан­ти­но­поль мо­щей свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на бы­ло око­ло 428 го­да. По­сле то­го, как свя­той пер­во­му­че­ник ар­хи­ди­а­кон Сте­фан был по­бит иуде­я­ми кам­ня­ми, свя­тое те­ло его бро­си­ли без по­гре­бе­ния на съе­де­ние зве­рям и пти­цам. Од­на­ко на вто­рую ночь зна­ме­ни­тый иудей­ский за­ко­но­учи­тель Га­ма­ли­ил, на­чав­ший скло­нять­ся к ве­ре в Иису­са Хри­ста как в Мес­сию и за­щи­тив­ший апо­сто­лов в си­нед­ри­оне (Деян.5:34-40), по­слал пре­дан­ных ему лю­дей взять те­ло пер­во­му­че­ни­ка. Га­ма­ли­ил пре­дал его по­гре­бе­нию на сво­ей зем­ле, в пе­ще­ре, неда­ле­ко от Иеру­са­ли­ма. Ко­гда скон­чал­ся тай­ный уче­ник Гос­по­да, Ни­ко­дим, при­хо­див­ший к Нему но­чью (Ин.3:1-21, 7:50-52, 19:38-42), Га­ма­ли­ил так­же по­хо­ро­нил его близ гро­ба ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на. За­тем и сам Га­ма­ли­ил, при­няв­ший свя­тое Кре­ще­ние вме­сте со сво­им сы­ном Ави­вом, был по­гре­бен при гро­бе пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на и свя­то­го Ни­ко­ди­ма. В 415 го­ду мо­щи свя­тых бы­ли чу­дес­ным об­ра­зом об­ре­те­ны и тор­же­ствен­но пе­ре­не­се­ны в Иеру­са­лим ар­хи­епи­ско­пом Иоан­ном вме­сте с епи­ско­па­ми Елев­фе­ри­ем Се­ва­стий­ским и Елев­фе­ри­ем Иери­хон­ским. С то­го вре­ме­ни от мо­щей на­ча­ли со­вер­шать­ся ис­це­ле­ния.

Впо­след­ствии, при свя­том бла­го­вер­ном ца­ре Фе­о­до­сии Млад­шем (408-450), мо­щи свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на бы­ли пе­ре­ве­зе­ны из Иеру­са­ли­ма в Кон­стан­ти­но­поль и по­ло­же­ны в церк­ви в честь свя­то­го диа­ко­на Лав­рен­тия, а по со­зда­нии хра­ма в честь пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на пе­ре­не­се­ны ту­да 2 ав­гу­ста. Дес­ни­ца пер­во­му­че­ни­ка хра­нит­ся в Се­ра­пи­о­но­вой па­ла­те Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры.

Свя­той апо­стол пер­во­му­че­ник и ар­хи­ди­а­кон Сте­фан был стар­шим сре­ди се­ми диа­ко­нов, по­став­лен­ных са­ми­ми апо­сто­ла­ми, по­это­му его на­зы­ва­ют ар­хи­ди­а­ко­ном. Он был хри­сти­ан­ским пер­во­му­че­ни­ком и по­стра­дал за Хри­ста в воз­расте око­ло 30 лет. По вы­ра­же­нию Асте­рия, это был «на­ча­ток му­че­ни­ков, учи­тель стра­да­ний за Хри­ста, ос­но­ва­ние доб­ро­го ис­по­ве­да­ния, ибо преж­де Сте­фа­на ни­кто не из­ли­вал кро­ви сво­ей за Еван­ге­лие».

Бу­дучи ис­пол­нен Ду­ха Свя­то­го, свя­той Сте­фан с дерз­но­ве­ни­ем убе­ди­тель­но про­по­ве­до­вал хри­сти­ан­ское уче­ние и по­беж­дал иудей­ских за­ко­но­учи­те­лей в спо­рах. За это иудеи окле­ве­та­ли Сте­фа­на, буд­то бы он про­из­но­сит ху­лы на Бо­га и на Мо­и­сея. С та­ким об­ви­не­ни­ем свя­той Сте­фан пред­стал пе­ред си­нед­ри­о­ном и пер­во­свя­щен­ни­ком. Он про­из­нес пла­мен­ную речь, в ко­то­рой из­ло­жил ис­то­рию ев­рей­ско­го на­ро­да и сме­ло об­ли­чил иуде­ев в го­не­ни­ях на про­ро­ков и в каз­ни ожи­дав­ше­го­ся ими Мес­сии, Иису­са Хри­ста. Во вре­мя ре­чи свя­той Сте­фан вдруг уви­дел небо от­вер­стым и Иису­са Хри­ста во сла­ве, сто­я­ще­го одес­ную Бо­га. Он гром­ко про­воз­гла­сил об этом. То­гда иудеи, за­ты­кая уши, на­бро­си­лись на него, по­влек­ли его за го­род и по­би­ва­ли кам­ня­ми, а свя­той му­че­ник мо­лил­ся за сво­их убийц. Вда­ли, на воз­вы­ше­нии, сто­я­ла Ма­терь Бо­жия со свя­тым апо­сто­лом Иоан­ном Бо­го­сло­вом и усерд­но мо­ли­лась за му­че­ни­ка. Пе­ред смер­тью Сте­фан про­из­нес: «Гос­по­ди Иису­се, при­и­ми дух мой, Гос­по­ди, не вме­ни им это во грех», – и за­тем ра­дост­но пре­дал Хри­сту свою чи­стую ду­шу. Те­ло свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на, остав­лен­ное на съе­де­ние зве­рям, тай­но взял из­вест­ный ев­рей­ский учи­тель Га­ма­ли­ил с сы­ном сво­им Ави­вом и пре­дал по­гре­бе­нию в сво­ем име­нии. Впо­след­ствии они оба уве­ро­ва­ли во Хри­ста и при­ня­ли свя­тое Кре­ще­ние.

Мощи и почитание

По­сле по­би­е­ния от иуде­ев свя­то­го ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на кам­ня­ми (Деян.7:55-60) чест­ное те­ло его ле­жа­ло без по­гре­бе­ния сут­ки и день: оно бы­ло по­вер­же­но на съе­де­ние псам, зве­рям и пти­цам; но ни­что не кос­ну­лось те­ла, ибо Гос­подь охра­нял его. На вто­рую ночь слав­ный за­ко­но­учи­тель Иеру­са­лим­ский Га­ма­лил[2], упо­ми­на­е­мый в кни­ге Де­я­ний апо­столь­ских (Деян.5:34, 22:3), на­чав­ший скло­нять­ся к ве­ре Хри­сто­вой и сде­лав­ший­ся тай­ным дру­гом свя­тых Апо­сто­лов. по­слал бла­го­го­вей­ных му­жей взять неза­мет­но те­ло пер­во­му­че­ни­ка; он от­нес его в свою весь, от име­ни вла­дель­ца на­зы­вав­шу­ю­ся «Ка­фар­га­ма­ла», то есть весь Га­ма­ли­и­ла; она от­сто­я­ла за два­дцать по­прищ[3] от Иеру­са­ли­ма. Здесь Га­ма­ли­ил со­вер­шил чест­ное по­гре­бе­ние те­ла свя­то­го Сте­фа­на, по­ло­жив его в пе­ще­ре в но­вом сво­ем гро­бе. По­том Ни­ко­дим, «на­чаль­ник иудей­ский», при­хо­див­ший но­чью к Иису­су Хри­сту (Ин.3:1-2), пре­ста­вил­ся, пла­чась над гро­бом свя­то­го Сте­фа­на; и его по­хо­ро­нил тот же Га­ма­ли­ил, близ гро­ба пер­во­му­че­ни­ка. За­тем и Га­ма­ли­ил, при­няв­ши свя­тое кре­ще­ние вме­сте с сы­ном сво­им Ави­вом и по­жив бо­го­угод­но неко­то­рое вре­мя в бла­го­че­стии хри­сти­ан­ском, скон­чал­ся; оба они по­гре­бе­ны бы­ли в той же пе­ще­ре, при Сте­фа­но­вом и Ни­ко­ди­мо­вом гро­бе.

По про­ше­ствии мно­гих лет, ко­гда по­гиб­ли му­чи­те­ли, в про­дол­же­нии дол­го­го вре­ме­ни гнав­шие Цер­ковь Бо­жию, и на­ста­ли с об­ра­ще­ния Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го[4] дни ца­рей хри­сти­ан­ских, — дни цер­ков­ной ти­ши­ны и по­всю­ду си­я­ю­ще­го бла­го­че­стия, — то­гда об­ре­те­ны бы­ли, по Бо­жию от­кро­ве­нию, чест­ные мо­щи свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на и по­гре­бен­ных с ним бо­го­угод­ных му­жей: Ни­ко­ди­ма, Га­ма­ли­и­ла и Ави­ва.

Они бы­ли об­ре­те­ны пре­сви­те­ром по­мя­ну­той ве­си Лу­ки­а­ном по­сле та­ко­го ви­де­ния. В тре­тий час од­ной но­чи с чет­верт­ка на пя­ток Лу­ки­а­ну явил­ся в сон­ном ви­де­нии некий свя­то­леп­ный ста­рец, вы­со­ко­го ро­ста, укра­шен­ный се­ди­ною, с про­дол­го­ва­тою бо­ро­дою, об­ле­чен­ный в бе­лую одеж­ду, укра­шен­ную зла­то­вид­ны­ми изо­бра­же­ни­я­ми кре­стов; в ру­ке ста­рец имел зо­ло­той жезл. Толк­нув им в бок пре­сви­те­ра, он три ра­за по­звал его по име­ни:

— Лу­ки­ан! Лу­ки­ан, Лу­ки­ан!

За­тем стал го­во­рить:

— Иди в Иеру­са­лим и ска­жи свя­то­му ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну: «До­ко­ле мы бу­дем за­тво­ре­ны, — по­че­му не от­кры­ва­ешь нас? Ибо во дни тво­е­го свя­ти­тель­ства нам по­до­ба­ет быть яв­лен­ны­ми; от­крой, не мед­ли, наш гроб, где в пре­не­бре­же­нии ле­жат на­ши мо­щи, то мо­чи­мые до­ждем, то по­пи­ра­е­мые но­га­ми невер­ных. Я за­бо­чусь не столь­ко о се­бе, сколь­ко о ле­жа­щих со мною свя­тых, до­стой­ных ве­ли­кой че­сти; от­крой ука­зы­ва­е­мые те­бе мо­щи, — да от­вер­зет Бог две­ри Сво­е­го ми­ло­сер­дия ми­ру, объ­ято­му мно­ги­ми бе­да­ми».

Пре­сви­тер Лу­ки­ан, ис­пол­нив­шись ужа­са, спро­сил явив­ше­го­ся ему му­жа:

— Кто ты, гос­по­дин? и ко­го ты ра­зу­ме­ешь под на­хо­дя­щи­ми­ся с то­бою?

— Я, — от­ве­чал явив­ший­ся, — Га­ма­ли­ил, вос­пи­та­тель и учи­тель Апо­сто­ла Пав­ла, а со мною по­чи­ва­ет гос­по­дин Сте­фан ар­хи­ди­а­кон, по­би­тый кам­ня­ми иуде­я­ми и пер­во­свя­щен­ни­ка­ми иеру­са­лим­ски­ми за ве­ру Хри­сто­ву: те­ло его, по­вер­жен­ное на съе­де­ние псам, зве­рям и пти­цам, я взял но­чью, при­нес в сию весь и по­ло­жил в мо­ей пе­ще­ре в при­го­тов­лен­ном для се­бя гро­бе, же­лая раз­де­лить с ним оди­на­ко­вую участь в вос­кре­се­нии и бла­го­да­ти Гос­под­ней. В дру­гом же гро­бе, в той же пе­ще­ре, по­ло­жен Гос­по­дин Ни­ко­дим, на­учен­ный свя­той ве­ре от Са­мо­го Хри­ста Гос­по­да и (по воз­не­се­нии Гос­под­нем) при­яв­ший от Апо­сто­лов свя­тое кре­ще­ние; иудеи узнав об его ве­ре во Хри­ста и кре­ще­нии, ис­пол­ни­лись гне­ва и хо­те­ли его убить, как и Сте­фа­на; од­на­ко они не сде­ла­ли это­го из ува­же­ния ко мне, так как Ни­ко­дим был мне род­ствен­ник; иудеи от­ня­ли у него на­чаль­ство и име­ния его при­со­еди­ни­ли к цер­ков­ным; за­тем, про­кляв его, они вы­гна­ли его из го­ро­да с бес­че­сти­ем и уко­риз­на­ми мно­ги­ми: то­гда я взял его в свою весь и кор­мил до кон­чи­ны; ко­гда же он умер, я по­хо­ро­нил его близ мо­щей пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на. Там же в тре­тьем гро­бе, вы­ко­пан­ном в пе­щер­ной стене, я по­хо­ро­нил умер­ше­го на два­дца­том го­ду жиз­ни мо­е­го лю­би­мо­го сы­на Ави­ва, вме­сте со мною при­яв­ше­го свя­тое кре­ще­ние от Апо­сто­лов Хри­сто­вых; с ни­ми я, уми­рая, за­ве­щал по­ло­жить и мое те­ло.

— Где же мы бу­дем ис­кать вас? — спро­сил пре­сви­тер.

— Ищи­те нас, — от­ве­чал Га­ма­ли­ил, — пред ве­сью на по­лу­ден­ной сто­роне, на ни­ве Де­ла­гаври (то есть ни­ве му­жей Бо­жи­их).

Вос­пря­нув от сна, пре­сви­тер воз­дал хва­лу Бо­гу и так по­мо­лил­ся:

— Гос­по­ди, Иису­се Хри­сте! ес­ли это яв­ле­ние от Те­бя, а не обо­льще­ние, то по­ве­ли по­вто­рить­ся ему до трех раз.

И стал Лу­ки­ан по­стить­ся, вку­шая лишь су­хой хлеб, до сле­ду­ю­ще­го пят­ка, пре­бы­вая в мо­лит­ве и ни­ко­му не от­кры­вая ви­де­ния.

В тре­тий час но­чи на дру­гой пя­ток опять явил­ся Га­ма­ли­ил пре­сви­те­ру Лу­ки­а­ну, как и в пер­вый раз.

— За­чем, — спро­сил он, — ты пре­не­брег мо­им по­ве­ле­ни­ем ид­ти и пе­ре­дать ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну всё, ска­зан­ное те­бе?

— Про­сти ме­ня, гос­по­дин мой, — от­ве­чал пре­сви­тер, — я бо­ял­ся тот­час же по пер­вом ви­де­нии ид­ти и воз­ве­стить, опа­са­ясь как бы не ока­зать­ся лжи­вым; по­се­му я мо­лил Гос­по­да, — да по­шлет Он те­бя ко мне и вто­рой и тре­тий раз, чтобы мне уве­рить­ся в ис­тине.

Га­ма­ли­ил же, про­сти­рая ру­ку, ска­зал:

— Мир те­бе, пре­сви­тер, по­чи­вай!

И ка­зал­ся он как бы уда­ля­ю­щим­ся с глаз свя­щен­ни­ка.

За­тем, сно­ва об­ра­тив­шись к нему, ска­зал:

— Лу­ки­ан! ты ду­ма­ешь о том, как об­ре­сти и узнать мо­щи каж­до­го из нас; так вот смот­ри и ра­зу­мей по­ка­зы­ва­е­мое те­бе.

Ска­зав это, он при­нес пре­сви­те­ру че­ты­ре кор­зи­ны; три из них по ви­ду бы­ли зо­ло­тые, чет­вер­тая же се­реб­ря­ная. Од­на из зо­ло­тых кор­зин на­пол­не­на бы­ла крас­ны­ми цве­та­ми, вто­рая ша­фра­на бла­го­вон­но­го. Первую зо­ло­тую кор­зи­ну, с крас­ны­ми цве­та­ми, Га­ма­ли­ил по­ста­вил по пра­вую сто­ро­ну пре­сви­те­ра на во­сто­ке, дру­гую, зо­ло­тую, с бе­лы­ми цве­та­ми по­ста­вил на се­вер­ной сто­роне, а тре­тью и чет­вер­тую кор­зи­ну по­ста­вил вме­сте на за­пад­ной сто­роне, про­тив пер­вой, на­хо­дя­щей­ся на во­сточ­ной.

— Что это зна­чит, гос­по­дин? — спро­сил пре­сви­тер по­ка­зы­вав­ше­го ему кор­зи­ны Га­ма­ли­и­ла.

Он от­ве­чал:

— Это гроб­ни­цы на­ши, в ко­то­рых мы по­чи­ва­ем: так, пер­вая зо­ло­тая кор­зи­на с крас­ны­ми цве­та­ми, по­став­лен­ная к во­сто­ку — гроб свя­то­го Сте­фа­на, обаг­рив­ше­го­ся за Хри­ста му­че­ни­че­ской кро­вью; дру­гая зо­ло­тая кор­зи­на с бе­лы­ми цве­та­ми, сто­я­щая на се­вер, есть гроб гос­по­ди­на Ни­ко­ди­ма; тре­тья так­же с бе­лым цве­том, зо­ло­тая кор­зи­на, сто­я­щая к за­па­ду — мой гроб; чет­вер­тая же кор­зи­на се­реб­ря­ная, пол­ная бла­го­вон­но­го ша­фра­на и сто­я­щая ря­дом с мо­ею, — гроб мо­е­го сы­на Ави­ва, ко­то­рый был чист от гре­ха те­лом и ду­шою от чре­ва ма­те­ри и скон­чал­ся в непо­роч­ном дев­стве.

По­сле этих слов Га­ма­ли­ил стал неви­дим, ста­ли неви­ди­мы и кор­зи­ны.

По­сле это­го ви­де­ния пре­сви­тер при­нес бла­го­да­ре­ние Бо­гу и уси­лил пост и мо­лит­ву до тре­тье­го пят­ка, ожи­дая спо­до­бить­ся яв­ле­ния в тре­тий раз. И сно­ва в ночь тре­тье­го пят­ка, тот же чест­ный и свя­то­леп­ный Га­ма­ли­ил, пред­став пре­сви­те­ру, ска­зал с угро­зою:

— По­че­му до сих пор ты не оза­бо­тил­ся схо­дить к ар­хи­епи­ско­пу и от­крыть ему яв­лен­ное и ска­зан­ное те­бе? Неуже­ли ты не ви­дишь, ка­кая за­су­ха и скорбь в под­не­бес­ной? Ты же не ра­дишь. Раз­ве нет в пу­сты­нях свя­тых му­жей, луч­ших те­бя по жиз­ни, до­стой­ных се­го от­кро­ве­ния? Но мы, ми­нуя их, хо­тим быть яв­лен­ны­ми чрез те­бя. Итак встань, иди и ска­жи ар­хи­епи­ско­пу, да от­кро­ет ме­сто, где мы по­чи­ва­ем, и устро­ить здесь храм, дабы на­ши­ми мо­лит­ва­ми Гос­подь стал ми­ло­стив к сво­им лю­дям.

Пре­сви­тер, встав и воз­бла­го­да­рив Бо­га, от­пра­вил­ся с по­спеш­но­стью в Иеру­са­лим, где и со­об­щил ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну о быв­шем ему три­крат­ном ви­де­нии и по­ве­ле­нии. Ар­хи­епи­скоп про­сле­зил­ся от ра­до­сти и ска­зал:

— Бла­го­сло­вен Гос­подь Бог че­ло­ве­ко­лю­бец, хо­тя­щий явить нам Свою ми­лость от­кро­ве­ни­ем свя­тых Сво­их: и ко­гда мы спо­до­бим­ся об­ре­сти мо­щи их, то долж­но мне мо­щи пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на пе­ре­не­сти сю­да в го­род, где он под­ви­зал­ся про­тив иуде­ев, где ви­дел от­вер­стые небе­са и Хри­ста Бо­га, сто­я­ще­го во сла­ве Сво­ей (Деян.7). Ты же, сын мой, — об­ра­тил­ся он к пре­сви­те­ру, — иди на ту ни­ву и оты­щи ме­сто, где ле­жат свя­тые; про­ко­пав до гро­ба их, воз­ве­сти мне.

Пре­сви­тер, воз­вра­тив­шись из го­ро­да в свою весь, со­звал бла­го­го­вей­ных му­жей и по­шел с ни­ми на ни­ву Де­ла­гаври. Сре­ди этой ни­вы был холм; ду­мая, что здесь по­чи­ва­ют мо­щи свя­тых, он хо­тел ко­пать, но сна­ча­ла по­свя­тил всю ночь мо­лит­ве на том хол­ме. В эту же ночь свя­той Га­ма­ли­ил явил­ся од­но­му оби­тав­ше­му по бли­зо­сти тех мест ино­ку Ну­ге­тию, го­во­ря:

— Иди и ска­жи Лу­ки­а­ну пре­сви­те­ру, чтобы он не тру­дил­ся рас­ка­пы­вать тот холм, ибо не там ле­жим мы; но пусть ищет нас при де­бри, на по­лу­ден­ной сто­роне, там мы по­гре­бе­ны; на хол­ме же том нас по­ла­га­ли, ко­гда нес­ли на по­гре­бе­ние, и здесь над на­ми, по древ­не­му обы­чаю, тво­ри­ли плач, во сви­де­тель­ство это­го пла­ча быв­ше­го над на­ми и на­сы­пан холм.

Вос­став­ши, инок от­пра­вил­ся по ука­за­нию и на­шел на по­мя­ну­том хол­ме пре­сви­те­ра Лу­ки­а­на со мно­ги­ми му­жа­ми; они уже на­ча­ли рас­коп­ку; то­гда инок по­ве­дал Лу­ки­а­ну о том, что он ви­дел и слы­шал. Пре­сви­тер про­сла­вил Бо­га, явив­ше­го и дру­го­го сви­де­те­ля от­кро­ве­нию. И на­пра­ви­лись к де­бри, при ко­то­рой на­шли ка­мень с ев­рей­ской над­пи­сью Хе­ли­ил, то есть ра­бы Бо­жии; око­пав ка­мень и сдви­нув с ме­ста, они на­шли тес­ный вход в пе­ще­ру. Влез­ши в пе­ще­ру со све­чою, уви­де­ли вы­ко­пан­ные в сте­нах гро­бы и в них мо­щи свя­тых. Вход в пе­ще­ру был с по­лу­ден­ной сто­ро­ны; так что по пра­вую сто­ро­ну к во­сто­ку на­хо­дил­ся гроб свя­то­го Сте­фа­на, про­тив вхо­да, на се­вер, гроб свя­то­го Ни­ко­ди­ма; на за­пад­ной же сто­роне про­тив свя­то­го Сте­фа­на по­чи­вал свя­той Га­ма­ли­ил с сы­ном, как бы­ло это преж­де ука­за­но пре­сви­те­ру ви­де­ни­ем кор­зин. Тот­час пре­сви­тер со­об­щил об об­ре­те­нии свя­тых мо­щей[5] иеру­са­лим­ско­му ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну.

Ар­хи­епи­скоп, взяв двух при­лу­чив­ших­ся епи­ско­пов, Елев­фе­рия Се­ва­стий­ско­го и Елев­фе­рия иери­хон­ско­го, по­спе­шил к ме­сту об­ре­те­ния мо­щей, рас­ши­рив вход пе­щер­ный, они во­шли внутрь. Ко­гда от­кры­ли гроб свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка, тот­час по­тряс­лась зем­ля и лю­ди, до­стой­ные по жиз­ни, услы­ша­ли ввер­ху го­лос ан­ге­лов по­ю­щих: «Сла­ва в выш­них Бо­гу и на зем­ле мир!» Бла­го­уха­ние же от мо­щей свя­то­го ис­хо­ди­ло та­кое, ка­ко­го ни­кто из лю­дей ни­ко­гда преж­де не ощу­щал; это неиз­ре­чен­ное бла­го­уха­ние раз­но­си­лось по воз­ду­ху за де­сять по­прищ, и все при­сут­ство­вав­шие ду­ма­ли, что они на­хо­дят­ся как бы в раю. Мно­го на­ро­да при­шло с ар­хи­епи­ско­пом из Иеру­са­ли­ма и окрест­ных се­ле­ний; сре­ди при­шед­ших на­хо­ди­лось мно­го боль­ных, стра­дав­ших раз­лич­ны­ми неду­га­ми, — сле­пые, хро­мые, му­чи­мые внут­рен­ни­ми неду­га­ми и бе­са­ми, по­кры­тые ве­ре­да­ми и яз­ва­ми; все они по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние. Чис­ло ис­целев­ших про­сти­ра­лось до се­ми­де­ся­ти трех че­ло­век. Итак, взяв­ши мо­щи че­ты­рех угод­ни­ков Бо­жи­их, вы­нес­ли их на холм с пе­ни­ем псал­мов и дру­гих свя­щен­ных гим­нов; лю­ди же при­ка­са­лись к ним, ло­бы­зая их с бла­го­го­ве­ни­ем. Вско­ре ар­хи­епи­скоп на том хол­ме со­здал цер­ковь во имя об­ре­тен­ных свя­тых и по­ло­жил в ней мо­щи Ни­ко­ди­ма, Га­ма­ли­и­ла и Ави­ва; мо­щи же свя­то­го ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на он тор­же­ствен­но пе­ре­нес в Иеру­са­лим и по­ло­жил в церк­ви, на­хо­див­шей­ся во свя­том Си­оне.

В эти же вре­ме­на один бла­го­род­ный муж, се­на­тор Алек­сандр, с же­ною Иули­а­ни­ею при­был на по­кло­не­ние свя­тым ме­стам из Ца­рь­гра­да в Иеру­са­лим: ви­дев чу­де­са, со­вер­шав­ши­е­ся при гро­бе свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на, Алек­сандр устро­ил в го­ро­де ка­мен­ную цер­ковь во имя его и усерд­но про­сил ар­хи­ерея пе­ре­не­сти в нее мо­щи свя­то­го Сте­фа­на; ар­хи­ерей, убеж­ден­ный усерд­ною моль­бою, ис­пол­нил прось­бу. Спу­стя неко­то­рое вре­мя Алек­сандр за­бо­лел в Иеру­са­ли­ме смерт­ным неду­гом и за­ве­щал с клят­вою жене сво­ей: пусть она устро­ит ков­чег, по­доб­ный ков­че­гу пер­во­му­че­ни­ка, и в том по­ло­жить его при мо­щах свя­то­го Сте­фа­на. За­ве­щав это, он умер. Же­на ис­пол­ни­ла пред­смерт­ную во­лю му­жа: она устро­и­ла ков­чег, по­доб­ный ков­че­гу свя­то­го Сте­фа­на, и пре­да­ла му­жа тор­же­ствен­но­му по­гре­бе­нию ря­дом с ков­че­гом пер­во­му­че­ни­ка. И жи­ла она в Иеру­са­ли­ме при по­мя­ну­той церк­ви, не же­лая раз­лу­чать­ся с умер­шим му­жем; она ве­ри­ла, что он жив для Бо­га.

Так как же­на Алек­сандра бы­ла еще мо­ло­да, кра­си­ва и к то­му же бо­га­та, то мно­гие из знат­ных лиц скло­ня­ли ее на вто­рой брак. Но она, как це­ло­муд­рен­ная жен­щи­на, ни­как не хо­те­ла всту­пать во вто­рой брак: она твер­до ре­ши­ла со­хра­нять вер­ность пер­во­му му­жу, на­де­ясь раз­де­лить с ним в вос­кре­се­ние оди­на­ко­вую участь, уго­то­ван­ную пра­вед­ни­кам (Мф.25:34). Ко­гда же один из знат­ных на­чаль­ни­ков силь­но до­ку­чал ей, же­лая всту­пить в брак с нею, то Иули­а­ния, же­лая из­ба­вить­ся от него, умыс­ли­ла сле­ду­ю­щее: взяв­ши те­ло му­жа, воз­вра­тить­ся на ро­ди­ну в Ца­рь­град, несмот­ря на то, что уже про­шло во­семь лет со дня пре­став­ле­ния му­жа. Она про­си­ла ар­хи­епи­ско­па, чтобы он не за­пре­щал ей взять те­ло му­жа; ар­хи­епи­скоп не со­гла­шал­ся; то­гда Иули­а­ния сей­час же на­пи­са­ла к от­цу сво­е­му, жив­ше­му в Ца­рь­гра­де, про­ся его ис­хо­да­тай­ство­вать у ца­ря та­кое по­ве­ле­ние, по ко­то­ро­му бы она мог­ла бес­пре­пят­ствен­но взять те­ло му­жа и прид­ти в Ца­рь­град. В ско­ром вре­ме­ни от ца­ря при­шло же­ла­е­мой раз­ре­ше­ние, ко­то­рое она и по­ка­за­ла ар­хи­епи­ско­пу. Уви­дев пись­мо ца­ря, ар­хи­епи­скоп уже не мог бо­лее про­ти­вить­ся и бла­го­сло­вил быть по про­ше­нию Иули­а­нии. Она же, от­крыв­ши с бла­го­сло­ве­ни­ем в зем­ле то ме­сто, где сто­я­ли оба ков­че­га, свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на и ее му­жа Алек­сандра, взя­ла ков­чег с мо­ща­ми свя­то­го вме­сто ков­че­га му­жа; так по­сту­пи­ла Иули­а­ния как бы об­ма­нув­шись, на са­мом же де­ле по из­во­ле­нию Бо­жию и по же­ла­нию пер­во­му­че­ни­ка. Воз­ло­жив­ши ков­чег на ко­лес­ни­цу, за­пря­жен­ную му­ла­ми, Иули­а­ния от­пра­ви­лась в путь. Был же ве­чер, ко­гда она оста­ви­ла Иеру­са­лим; и в ту же ночь над пе­ре­во­зи­мы­ми мо­ща­ми в воз­ду­хе по­слы­шал­ся го­лос ан­ге­лов, по­ю­щих сла­во­сло­вие Бо­гу, а от ков­че­га ис­хо­ди­ло ве­ли­кое бла­го­уха­ние, как от ми­ра, из­ли­то­го в боль­шом ко­ли­че­стве. Слы­ша­лись и кри­ки бе­сов, из­да­ли взы­вав­ших:

— Го­ре нам! так как идет Сте­фан и бьет нас.

Слу­ги Иули­а­нии, слы­ша всё это, ис­пу­га­лись и ска­за­ли гос­по­же сво­ей:

— Что это зна­чит, гос­по­жа, что слы­шат­ся раз­лич­ные го­ло­са, на­зы­ва­ю­щие имя Сте­фа­на? Не ве­зем ли мы ков­чег пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на вме­сто ков­че­га на­ше­го гос­по­ди­на Алек­сандра?

Она же от­ве­ча­ла со сле­за­ми ра­до­сти:

— Мол­чи­те, де­ти, всё де­ла­ет­ся так, как угод­но Бо­гу и Его свя­то­му ра­бу.

До­стиг­ши при­мор­ско­го го­род Ас­ка­ло­на, они на­шли ко­рабль, на­прав­ляв­ший­ся в Ца­рь­град; упла­тив ко­ра­бель­щи­ку сле­ду­е­мую пла­ту, они се­ли в ко­рабль с мо­ща­ми свя­то­го и на­ча­ли пла­ва­ние. Ко­гда ко­рабль на­хо­дил­ся сре­ди мо­ря, под­ня­лась страш­ная бу­ря, так что ко­рабль по­кри­вил­ся; все ис­пу­га­лись, ви­дя взды­мав­ши­е­ся гро­ма­ды волн; но вот явил­ся мо­ре­пла­ва­те­лям ви­ди­мо свя­той пер­во­му­че­ник Сте­фан и ска­зал:

— Я с ва­ми — не бой­тесь!

Ска­зав это, он стал неви­дим, и тот­час успо­ко­и­лось мо­ре, и всё даль­ней­шее пла­ва­ние бы­ло бла­го­по­луч­но; над мо­ща­ми же свя­то­го но­чью явил­ся свет, от ков­че­га ис­хо­ди­ло силь­ное бла­го­уха­ние, в воз­ду­хе же слы­ша­лось пе­ние ан­ге­лов. Ко­гда при­ста­ли к Хал­ки­до­ну, то ре­ши­ли про­быть здесь пять дней. Жи­те­лям го­ро­да ста­ло из­вест­но о мо­щах свя­то­го Сте­фа­на, они устре­ми­лись к ко­раб­лю, при­но­ся с со­бою и недуж­ных; и все боль­ные, на­хо­див­ши­е­ся в го­ро­де, по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние, бла­го­да­ря при­ше­ствию пер­во­му­че­ни­ка; от­го­ня­лись от лю­дей и бе­сы, ко­то­рые кри­ча­ли при этом:

— Сте­фан, по­би­ен­ный кам­ня­ми от жи­дов, при­дя му­чит нас же­сто­ко, и го­нит нас по­всю­ду, — на зем­ле и на мо­ре.


От­плыв от Хал­ки­до­на, ко­рабль бла­го­по­луч­но до­стиг Ца­рь­гра­да. Бла­го­че­сти­вая Иули­а­ния по­шла к от­цу и по­дроб­но со­об­щи­ла ему всё о мо­щах свя­то­го ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на. За­тем они от­пра­ви­лись вме­сте с от­цом к ца­рю и пат­ри­ар­ху и им со­об­щи­ли то же; и все ис­пол­ни­лись ве­ли­кой ра­до­сти. Пат­ри­арх с кли­ром и всем на­ро­дом по­шел на при­стань в сре­те­ние мо­щей пер­во­му­че­ни­ка. Вы­нес­ши ков­чег из ко­раб­ля, по­ста­ви­ли его на цар­скую ко­лес­ни­цу и по­вез­ли с псал­мо­пе­ни­я­ми, хо­тя вне­сти в дво­рец ца­ря; так при­ка­зал царь. Сколь мно­го со­вер­ша­лось в это вре­мя чу­дес при свя­тых мо­щах и ска­зать невоз­мож­но; сло­вом, все, ка­ки­ми бы ни бы­ли одер­жи­мы неду­га­ми и бо­лез­ня­ми, по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние. Ко­гда то­же­ствен­ное ше­ствие до­стиг­ло до «Кон­стан­ти­но­вых бань»[6], то му­лы, вез­шие цар­скую ко­лес­ни­цу с мо­ща­ми оста­но­ви­лись; и как ни би­ли их слу­ги, за­став­ляя ид­ти даль­ше, они ни­как не мог­ли сой­ти с ме­ста. То­гда один мул, при­об­ре­тя, по Бо­жию ве­ле­нию, дар сло­ва, ска­зал:

— За­чем по­на­прас­ну бье­те нас? На этом имен­но ме­сте свя­той пер­во­му­че­ник Сте­фан из­во­ля­ет быть по­ло­жен­ным.

Услы­шав это, все при­сут­ству­ю­щие ис­пол­ни­лись силь­но­го удив­ле­ния и ужа­са, и про­сла­ви­ли Бо­га. Царь же тот­час по­ве­лел на этом ме­сте при­сту­пить к по­строй­ке церк­ви ка­мен­ной; и в ско­ром вре­ме­ни со­зда­на бы­ла пре­крас­ная цер­ковь во имя свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка и ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на; в ней и по­ло­жи­ли его чест­ные мо­щи во сла­ву и хва­лу Гос­по­да и Спа­са на­ше­го Иису­са Хри­ста, со От­цом и Свя­тым Ду­хом сла­ви­мо­го вме­сте[7], да бу­дет Ему и от нас греш­ных честь и сла­ва, по­кло­не­ние и бла­го­да­ре­ние ныне и прис­но и во ве­ки ве­ков. Аминь.


При­ме­ча­ния

[1] Па­мять его со­вер­ша­ет­ся Цер­ко­вью еще 27 де­каб­ря; под этим чис­лом см. жи­тие его.

[2] Га­ма­ли­ил — зна­ме­ни­тый за­ко­но­учи­тель ев­рей­ский, за­ни­мав­ший вы­со­кое ме­сто в иеру­са­лим­ском си­нед­ри­оне, ува­жа­е­мый всем на­ро­дом, так что его на­зы­ва­ли «сла­вою за­ко­на». Пре­да­ние го­во­рит, что он, вме­сте с сы­ном Ави­вом, кре­щен Ап. Пет­ром и Ап. Иоан­ном.

[3] Ме­ра рас­сто­я­ния, рав­на при­бли­зи­тель­но 690 на­шим са­же­ням.

[4] Кон­стан­тин Ве­ли­кий, рим­ский им­пе­ра­тор, сын Кон­стан­ция Хло­ра, пра­ви­те­ля За­пад­ной ча­сти рим­ской им­пе­рии, и Еле­ны, ро­дил­ся в 274 г. Па­мять его празд­ну­ет­ся 21 мая.

[5] Это об­ре­те­ние мо­щей со­вер­ши­лось в 415 го­ду.

[6] Ба­ни эти ос­но­ва­ны Кон­стан­ти­ном Ве­ли­ким, про­дол­же­ны его сы­ном Кон­стан­ци­ем и окон­че­ны в 427 го­ду Фе­о­до­си­ем Млад­шим. Ныне они на­зы­ва­ют­ся Те­укур-Ха­мам и на­хо­дят­ся на 4 хол­ме.

[7] В 1200 го­ду в этом хра­ме был наш рус­ский па­лом­ник Ан­то­ний; он ви­дел в нем лоб пер­во­му­че­ни­ка, из­би­тый кам­ня­ми и сши­тый.


МОЛИТВЫ

Тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 4

Царским венцем венчася/ твой верх от страданий,/ яже претерпел еси по Христе Бозе,/ мучеников первострадальче Стефане,/ ты бо, иудейское обличивый неистовство,/ видел еси твоего Спаса одесную Отца:/ Того убо моли о душах наших.

Тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 4

Царским венцем венчася/ твой верх от страданий,/ яже претерпел еси по Христе Бозе,/ мучеников первострадальче Стефане,/ ты бо, иудейское обличивый неистовство,/ видел еси твоего Спаса одесную Отца:/ Того убо моли о душах наших.

Тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 4

Подвигом добрым подвизался еси,/ первомучениче Христов, и апостоле, и архидиаконе Стефане,/ и мучителей обличил еси нечестие,/ камением бо побиен от рук беззаконных,/ венец от яже свыше десницы приял еси/ и к Богу взывал еси,

Тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 4

Подвигом добрым подвизался еси,/ первомучениче Христов, и апостоле, и архидиаконе Стефане,/ и мучителей обличил еси нечестие,/ камением бо побиен от рук беззаконных,/ венец от яже свыше десницы приял еси/ и к Богу взывал еси, вопия:// Господи, не постави им греха сего.

Кондак первомученика и архидиакона Стефана

глас 6

Первый сеялся еси на земли Небесным делателем,/ всехвальне Стефане,/ первый на земли за Христа кровь излиял еси, блаженне,/ первый от Него победы венцем увязлся еси на Небесех,/ страдальцев начало,/ венечниче, мучеников первострадальне.

Ин тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 3

Апостолом совсельник/ и страстотерпцем первострадалец,/ Христов служитель, прехвальне Стефане,/ первее бо совершив мучения течение,/ безчисленныя роды человек равно Подвигоположнику Христу приведе./ Темже яко апостола и страдальца верховнаго/ чтуще тя, молим:/ моли Христа Бога/ даровати нам велию милость.

Ин тропарь первомученика и архидиакона Стефана

глас 3

Апостолом совсельник/ и страстотерпцем первострадалец,/ Христов служитель, прехвальне Стефане,/ первее бо совершив мучения течение,/ безчисленныя роды человек равно Подвигоположнику Христу приведе./ Темже яко апостола и страдальца верховнаго/ чтуще тя, молим:/ моли Христа Бога/ даровати нам велию милость.

Кондак первомученика и архидиакона Стефана

глас 6

Первый сеялся еси на земли Небесным делателем,/ всехвальне Стефане,/ первый на земли за Христа кровь излиял еси, блаженне,/ первый от Него победы венцем увязлся еси на Небесех,/ страдальцев начало,/ венечниче, мучеников первострадальне.

Кондак первомученика и архидиакона Стефана

глас 3

Владыка вчера нам плотию прихождаше,/ и раб днесь от плоти исхождаше,/ вчера Царствуяй плотию родися,/ днесь раб камением побивается,/ того ради и скончавается,// первомученик и Божественный Стефан.

Кондак первомученика и архидиакона Стефана

глас 3

Владыка вчера нам плотию прихождаше,/ и раб днесь от плоти исхождаше,/ вчера Царствуяй плотию родися,/ днесь раб камением побивается,/ того ради и скончавается,// первомученик и Божественный Стефан.

Ин тропарь апостола, первомученика и архидиакона Стефана

глас 3

Апостолом совсельник/ и страстотерпцем первострадалец,/ Христов служитель, прехвальне Стефане,/ первее бо совершив мучения течение,/ безчисленныя роды человек равно Подвигоположнику Христу приведе./ Темже яко апостола и страдальца верховнаго/ чтуще тя, молим:/ моли Христа Бога/ даровати нам велию милость.

Величание первомученика и архидиакона Стефана

Величаем тя,/ страстотерпче святый Стефане,/ и чтим честная страдания твоя,/ яже за Христа претерпел еси.

Молитва первомученику Стефану

Первый во диаконех, первый и в мученицех показался еси, святый Стефане, апостоле, исполнь бо веры и силы во учении и в знамениих велик явился еси, и никтоже возможе противустати премудрости и духу, имиже глаголал еси, лице же твое на сонмищи видено бысть, яко лице ангела. Темже, исполнен Святаго Духа быв, видел еси отверстое небо и славу Божию и Сына человеча, Господа нашего Иисуса Христа, одесную стояща Бога Отца. Таже и от жестоковыйных и убийц иудеев камением пред лицем Преблагословенныя и молящияся о тебе Девы, Матере Его, побиваемь, преклонь колена, возопил еси гласом велиим: Господи, не постави им греха сего! И тако дух твой Господу Иисусу радостно предал еси. Сего ради молитвенника и предстателя тя стяжахом, колена души и сердца нашего преклоньше, тя молим: воздежи руце твои ко Господу, и сподвижи всему роду человеческому Предстательницу и Ходатаицу к Сыну Своему, Пресвятую Матерь Деву, и о нас, присно прогневляющих грехом и леностию, моли Благаго Спаса нашего, да подаст нам благодать во благовременную помощь к покаянию и твоим предстательством и заступлением Пресвятыя Матере Своея в день он, страшный и праведный, да не поставит пред нами грехи наша, но по щедротам Своим, тобою умолен быв, да речет души нашей: спасение ваше есмь Аз во веки веков. Аминь.


Кудымкарская епархия.
Русская Православная Церковь.
Московский патриархат.

Подписка на новости сайта

Создание и поддержка сайта - "Интернет проекты"
Работает на: Amiro CMS