Кудымкарская епархия
официальный сайт Кудымкарской епархии Пермской
митрополии Русской Православной Церкви

Духовный источник


Духовный листок


Жития святых


Праздники


Проповедь на каждый день


Уважаемые
посетители
сайта!

Будем признательны Вам за пожелания и замечания по работе нашего портала.

Какие материалы вам будут интересны, чего не хватает на сайте, на ваш взгляд?


Отправить предложение

Ваше мнение

Как часто Вы посещаете наш сайт?
  Каждый день 
  35.66%  (46)
  Несколько раз в неделю 
  20.16%  (26)
  Раз в месяц 
  19.38%  (25)
  Каждую неделю 
  12.40%  (16)
  Другое 
  12.40%  (16)
Всего проголосовало: 129
Другие опросы

Все теги

Главная  /  Духовный источник  /  Проповеди на каждый день /  Проповеди на каждый день

Месяц март. Четвертый день.

17.03.21 | Автор: протоиерей Григорий Дьяченко
Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года

Месяц март

Четвертый день.

Поуч. 1-е. Препод. Герасим Иорданский.

(О сострадательном обращении с животными и о грехах жестокаго обращения с ними).
   I. Преподобный Герасим иорданский, память коего совершается сегодня, любил скотов и зверей, кормил их, ласкал и лечил. Однажды в великий пост, ходя по пустыне иорданской, он встретил льва с больною, от занозы отекшею, ногою. Святый старец вынул из ноги занозу, очистил и обвязал рану полотном, и отпустил зверя. Но лев, как бы в благодарность, не отходил от благодетеля и шел за преподобным. С того времени он кормил умнаго зверя и приказал ему караулить осла, возившаго воду на нужды монастыря. Однажды лев заснул на солнце и не видел, как проезжающий купец из Аравии увел с собою осла. За такую безпечность братия стала возить воду на самом льве. Не много времени пришлось ему поработать за оплошность. Лев заметил того купца и, узнав осла, отбил его и еще 3-х верблюдов, навьюченных пшеницею, и привел в монастырь.
   По смерти своего благодетеля, преподобнаго Герасима, благодарный лев долго тосковал, рычал по нем и на могиле его издох.
   II. Препод. Герасим иорданский своим примером учит нас сострадательному обращению с животными.
   а) Человек имеет право, даже вынужден убивать животных, частию ради самозащиты, частию для удовлетворения своих потребностей. Но во всяком случае должно избегать всякой ненужной жестокости. Безпощадная жестокость и варварство против животных, находящия свое удовольствие в том, чтобы причинять им мучения, это от диавола. Истязание животных, принуждение домашних животных работать сверх сил ради большей корысти заслуживает названия несправедливости и грубаго насилия. В противоположность истязанию животных, которое в не малых размерах совершается в наше время, так что для противодействия ему учреждаются особыя общества, — можно указать на закон Моисея, положения коего об обращении с животными дышат состраданием и кротостью, проходящими в этом отношении чрез весь в. завет. Праведник милует души скотов своих, говорится в притчах Соломона (XII, 10). Он доставляет им не только нужный уход, но дает им и необходимый покой. Не забудем слова Господа: «ты сожалеешь о растении, над которым ты не трудился и которое не растил, которое в одну ночь выросло и в одну же ночь и пропало. Мне ли не пожалеть Ниневии города великаго, в котором более 120,000 человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?» (Ионы IV, 10—11).
   Сострадательное, совестливое обращение с природою должно проявляться и в нашем отношении к низшим животным, что особенно надлежит принять к сердцу естествоиспытателям. Об одном знаменитом естествоиспытателе разсказывают, что он однажды долго и тщательно разсматривал одно насекомое под микроскопом, а потом опять с осторожностию положил его на лист. Этот поступок служит примером самаго нежнаго сострадания, соответствующаго как достоинству человека, так и природе (именно живых тварей). Этот ученый (Лейбниц) даже сознавал, что он от этого насекомаго получил благодеяние, кое-чему научившись от него.
    Пользоваться животными как средством для наших удовольствий, конечно, позволительно, если удовольствия не жестоки и не безчеловечны, что не всегда достаточно взвешивается. Хотя, наприм., охота безусловно допустима, насколько она имеет целию уничтожение вредных животных или удовлетворение человеческих потребностей, за то при ближайшем обсуждении могло бы показаться сомнительным, можно ли охоту, устраиваемую ради охоты, оправдать как достойное человека удовольствие, что особенно относится к так называемым охотам чрез собак (травле собаками).
   Один великий писатель в свои более поздние годы сказал о себе самом: «теперь я уже не хожу на охоту, хотя я прежде был хорошим стрелком, но в некотором отношении я чувствовал себя при этом удовольствии не совсем хорошо.У меня было всегда неприятно на душе, когда я убивал какую нибудь бедную птицу, которая, когда я поднимал ее, устремляла на меня свой умирающий глаз, как будто желая упрекнуть меня в убийстве ея. Не хочу изображать себя жалостливее, чем другие люди; но никакая привычка не могла изгладить во мне этого сострадательнаго к животным чувства. Теперь же, когда я могу уступить своему чувству, без боязни сделаться смешным, теперь я скажу совершенно свободно, что мне доставляет гораздо больше радости видеть, как птицы весело порхают надо мною на вольном воздухе, чем убивать их» (См. «Христ. уч. о нравственности», Мартенсена, т. II, стр. 288—289).
   б) Кроме тех мыслей, которыя невольно являются при чтении жития преподобнаго Герасима иорданскаго, сострадательно обращавшагося с животными, еще мы должны сказать, что препод. Герасим учит той истине, что грешно и неразумно жестоко обращаться с животными.
    Грешит против кроткаго обращения с животными тот, кто не доставляет добраго приюта и корма животным. Есть ли ти скот, призирай его (Сир. VII:24). Несправедливо, жестоко поступают хозяева, если они домашних животных, особенно рабочих, оставляют под открытыы небом, под дождем и ветром, в холоде или зное, отчего животное худеет и сокращает свою жизнь.
    Кто бичует без пощады рабочих животных. Праведник милует души скотов своих (Притч. XII:10). Животныя также имеют способность чувствовать как покой, так и болезни; притом побои, делаемые без разбора по всем частям тела, не прибавят животному сил, а еще более обезсилят его, особенно на будущее время.
    Кто наказывает до смерти животных чужого двора по зависти и досаде на их хозяев. В Ветхом Завете был закон: и врагу без вреда возвращать заблудившагося осла (Исх. ХХIII 4). Бить, калечить и совсем убивать чужую скотину, когда например она заходит в чужой огород, или травит чужой посев, это не только жестоко, но и в высшей степени неразумно. Не животныя виноваты, когда причиняют нам вред, а хозяева их, не имеющие надлежащаго присмотра за ними. Вред, причиняемый животными, должно взыскивать не с них, а с их хозяев.
   III. Да пробудят же у нас, братие, эти размышления и пример препод. Герасима христианскую жалость и сострадание к животным. (Священник Г. Дьяченко). 

Поуч. 2-е. Св. муч. Павел и Иулиания.

(Каждый мученик есть в то же время и проповедник).
   I. Император Аврелиан, объезжая однажды государство свое, прибыл в Птолемаиду. Когда он въезжал в город, молодой христианин, по имени Павел, перекрестился и сказал сестре своей, стоявшей около него: «готовься сестра; христианам будет великое искушение». Царь видел, что молодой человек перекрестился, и велел взять его под стражу, потому что тогда строго преследовали христиан.
   Когда после тщетных убеждений оставить христианскую веру, св. Павла подвергли мучениям, на судидище вбежала молодая девица, которая начала укорять царя за его жестокость. Это была Иулиания, сестра Павла.
   — «За что терзаешь брата моего?» воскликнула она. «Разве он хотя раз в жизни оскорбил величество царя, или обидел кого-либо из сограждан? Весь народ поручится тебе за его добродетель. Государь, пощади его!».
   Когда Аврелиан узнал, кто девица, он начал уговаривать ее отречься от христианской веры; но ласковыя слова и лестныя обещания не произвели желаемаго действия. Девица повторяла одно, что она христианка и готова умереть за веру свою; тогда Аврелиан велел мучить и ее.
   Павла и Иулианию предали ужаснейшим мучениям: их терзали железными когтями, повергали в котлы с кипящею смолой; но истязания не победили их твердости и явили только окружавшим их силу Бога истиннаго, Который укреплял верных рабов Своих и облегчал страдания их. Распростертые на железных горячих решетках, святые мученики громко славили Бога.
   Двое из мучителей, видя непоколебимую твердость христиан, поняли, что им дана помощь свыше, и познали величие Божие. «Нет другого Бога, кроме Того, Который помогает Павлу и Иулиании!» воскликнули они. Царь приказал казнить их. «Не бойтесь, говорили им святые мученики, — вы не на век умрете, но получите жизнь вечную». Они уверовали всем сердцем и с молитвою предали души Богу. Имена их — Квадрат и Акакий. Мучеников же отвели в темницу, где Господь укрепил их чудесным явлением и исцелил раны их.
   На следующий день их снова привели к царю, который стал опять убеждать их отречься от Христа. Видя, что слова его безполезны, он предал их новым истязаниям. Но и теперь, как накануне, Господь помогал им и облегчал их страдания.
   Видя, что мучения не побеждают твердости христиан, и что число верующих, напротив, умножается: ибо спокойствие страдальцев и радость, с которою они шли на мучения, ясно доказывали язычникам всемогущество Господа, помогающаго Своим служителям, царь Аврелиан осудил Павла и Иулианию на смертную казнь. Святые мученики с радостию пошли на смерть, воспевая громким голосом: «спасл еси нас, Господи, от стужающих нас, и ненавидящих нас посрамил еси». Когда привели их за город, на место казни, св. Павел упросил палача свершить сперва смертный приговор над Иулианией, боясь, чтобы она не устрашилась, видя его казнь. Она перекрестилась и радостно предала душу свою Богу. После нея и Павел был усечен мечем. Аврелиан велел бросить тела их зверям, но звери не коснулись их: и христиане, взяв тела их ночью, похоронили с честию. Это было в III-м веке.
   II. Какое же назидание, братие, извлечем мы из сего повествования о страданиях св. муч. Павла и Иулиании? Св. мученики сами будут ныне проповедниками.
   Так называю я празднуемых св. мучеников; и, верно, никто не лишит их сего священнаго титла. Ибо, если, по слову Писания, не мал уже и тот, кто возвещает истину словом и устами; еще более тот, кто проповедует своими делами и жизнию: то на какую высоту должно поставить того, кто за истину проповеди евангельской пролил свою кровь и претерпел смерть мученическую? Пред такою проповедию все наши слова и все наше витийство суть яко слабое лепетание младенца пред величественною речью мужа и старца.
   а) Не такая ли проповедь сокрушила идолов и привлекла ко Христу вселенную? У первобытных христиан, гонимых кесарями и философами, не было не только кафедр проповеднических, ниже храмов; самое богослужение и таинства совершались изредка, тайно, под землею, среди безмолвия полунощнаго. Но глас евангельской проповеди гремел неумолкно во все концы земли: не давал покоя ни кесарям, ни философам, влеча всех и каждаго ко Христу. Откуда исходил он? Из мрачных темниц, наполненных христианами, — из раскаленных печей и конобов, в кои повергали их, — с пылающих костров и крестов, облитых кровию свидетелей истины. Является на позор среди града или веси исповедник Христов, и начинается проповед! Ему предлагают прощение и свободу, богатства и чести, иногда цветущую красотою невесту, да поклонится идолам: но он возводит очи горе и, вместо ответа, знаменует себя крестом!.. Его подвергают мукам, бичуют, жгут различными огнями, рвут тело клещами, лишают очей и уст: — он терпит без ропота и молится о самых мучителях! Его предают на растерзание лютым зверям, или пригвождают ко кресту, или повергают с камнем на выи в море: он сретает смерть с таким светлым лицом, с каким редкие идут под венец брачный. Удивительно ли после сего, что самыя грубыя толпы народа, пораженныя величием души страдальца, пришед сами в умиление и некоего рода святый восторг, восклицали: «велик Бог христианский! Святая вера, дающая такое мужество и презрение жизни!». Сею-то проповедию, братие мои, побежден мир, не оружием, не красноречием, не мудростию земною!
   б) Что нам проповедуют св. мученики? Проповедуют любить Христа до смерти, не бояться на земле ничего кроме Бога, — пренебрегать всеми благами мира, как брением, веровать в жизнь будущую так, как бы она была пред очами нашими. Ибо, что могло расположить их отвергнуть все ласки и обещания судии, презреть все угрозы и лютость мучителя, как не живая вера во Христа и упование жизни вечной? Что заставило претерпеть невыносимыя мучения как не вся терпящая и николиже отпадающая любовь ко Христу?
   в) Желаете ли еще более убедиться в том, как справедливо сказано нами, что каждый мученик есть проповедник? Подумайте, чем привлечены к исповеданию Христа двое из самих мучителей? Не проповедию с кафедры церковной, а терпением и страданиниями. Может быть, они сто раз слышали проповеди учителей христианских, но оставались во тьме идолопоклонства: когда же увидели страдание и мужество исповедников, тогда без слова и проповеди уразумели истину и тронулись душею, вознебрегая самою жизнию, и в одну минуту из язычников взошли на высоту мучеников.
   III. Так действовал некогда пример св. мучеников! Над нами, кажется, и он потерял всю силу. Святые подвиги их, торжествуемые церковию, соделались для нас похожи на те сонмы звезд, кои, за отдалением, сливаются для нашего глаза в туманно-светлыя пятна. Когда наводится на эти пятна зрительная труба, они разделяются в яркия звезды, и мы дивимся их величию, а во все прочее время не обращаем на них никакого внимания, даже не знаем о их существовании. Так, когда проповедник ли, или какая книга разскажет нам о подвигах мученических, мы изумляемся величию души их, не думая однакоже нисколько о том, чтобы взять с них пример для своих действий, засветить от их небеснаго огня в своем сердце веру, устремиться по следам их любви к Богу. А без книг и проповедника деяния мучеников, по невниманию нашему к ним, как бы не существуют. Даже те из нас, кои носят имена св. мучеников, часто вовсе не знают, кто был тот, коего именем они отличаются со дня рождения. Да не будет сего у нас, братие! (Сост. по «Сочин.» Иннокентия, архиеп. херс. и тавр., т. III, изд. 1873 г.).


Поуч. 3-е. Преп. Иаков Постник.

(Польза поста телеснаго).
   Преподобный Иаков, подвижник VI века, пятнадцать лет жил в одной пещере в Финикии. За свою богоугодную жизнь он получил от Бога дар чудотворения, так что не только верующие, но и язычники обращались к нему за исцелением от болезней, чем много язычников той области было обращено к христианству. Одно из чудес преподобнаго особенно замечательно. Однажды по всей Финикии настала сильная засуха, и голод стал угрожать жителям. Последние вместе с своим епископом усердно молили Бога о даровании дождя. И вот епископу в видении повелено было итти в ту пещеру, где подвизался преподобный Иаков и просить его помолиться о дожде. Епископ, собрав клир, в сопровождении народа, с молебным пением отправился к Иакову, прося его ходатайства пред Богом. Сначала Иаков, считая себя недостойным милости Божией, отказал им, но после усиленных просьб начал молиться; и во время молитвы ниспал дождь.
   Преподобный Иаков был погребен в той пещере, где подвизался. Через несколько времени мощи его были открыты нетленными и перенесены в созданную близ пещеры церковь во имя святого Иакова.
   II. Преподобный Иаков постник, за строгость жизни удостоенный дара чудотворений, поучает нас, братие, тому, как угодны Богу и полезны для души пост и воздержание.
   Когда представляются возражения против поста, то защитники устава церковнаго спешат оговориться, что истинный пост состоит не в лишении пищи, или худом качестве ея, а в обуздании страстей и делах богоугодных. В такой защите есть односторонность. Правда, церковь приглашает: «постяся, братия, телесно, постимся и духовно». (Сред. 1-й седм. Веч. стих.). Но от этого напоминания не теряет значения тот строгий пост, под которым должно разуметь или совершенное и довольно долгое неядение, или весьма воздержное вкушение сухих и малопитательных снедей. Такой, буквально принимаемый пост важен и как прямая жертва Богу, и как пособие к тому, чтобы другими святыми делами угождать Ему.
   а) Верный воин несет изнурительные труды, готов на всякия лишения, иногда по целым дням не пьет, не ест, особенно если видит, что и начальник его разделяет с ним тяжесть военной службы. Все это по долгу присяги земному царю. Не тоже ли касается всех нас христиан, которые вписаны в службу небесному Царю? Лучшим свидетельством нашей верности Ему служат труды и лишения, если подъемлем их, последуя заповедям Его и примеру. Он сорок дней постился, и нам заповедал: «смотрите за собой, чтоб сердца ваши не отягчались объядением» (Лук. 21:34). Вкушая Сам с учениками пищу, Он однакоже дал предуказание, обязательное для Его последователей: егда отъимется от них Жених, и тогда постятся (9, 15). Когда человек живее способен вспомнить Бога, — тогда ли, когда голоден, или когда пресыщен? По крайней мере, в Писании встречаем прямую жалобу на сластолюбивый народ иудейский, который, слепо и жадно предавшись чревоугодию, забыл о Боге Промыслителе: яде Иаков и насытися, и отвержеся возлюбленный; уты, утолсте, разшире; и остави Бога, сотворшаго его, и отступи от Бога Спаса своего (Вт. 32:15). Подобное предсказано и о последних временах, когда будут человецы, между прочим, невоздержницы паче, нежели боголюбцы (2 Тим. 3:1 и след.). По правилу святых апостолов 69-му, подлежит отлучению, кто не постится в святую четыредесятницу. Следовательно, тот не есть вполне православный христианин, в строгом смысле сего слова, кто не по немощи телесной, а по своеволию не соблюдает поста.
   б) Скажут: «можно и постной пищи много есть, и за скоромным столом соблюдать воздержание».
   Чтож из этого? — Церковь, узаконив пост, не покровительствует многоядению, а назначая пищу растительную и сухую, указывает в ея малой питательности двоякую пользу, — именно, укрощение страстей и пособие к занятиям духовным.
   У святых отцев есть прекрасное сравнение. Когда полководец хочет взять неприятельскую крепость, прежде всего ищет, нельзя-ли удержать воду и съестные припасы, и неприятель, побуждаемый голодом, скорее сдается. Так бывает и с плотскими страстями. Когда держат пост: оне слабеют и умолкают (Дост. сказ. стр. 121). Напротив, кто пресыщает свое чрево, и однакож мечтает победить чувственныя страсти, тот подобен человеку, который погасить хочет пожар маслом (Леств. XIV, 20). Чревоугодник подобен тяжело нагруженной ладии, которая глубоко в воде сидит: он близок к опасности погибнуть в греховных волнах. Могут быть и у постника свои тонкия страсти, но только тогда, когда он не понимает значения поста и налагает его на себя самонадеянно. Не смотря на то, остается несомненным, что постящийся освобождается из рабской зависимости от вожделений чувственных, и потому более способен к делам чистым и богоугодным.
   Возьмем простой пример. Отчего судии и чиновники, а также люди ученые и учащиеся являются в свои места утром, и, занимаясь иногда до поздняго часа, остаются без пищи? — Ответ незатруднителен: всяким важным, сложным, требующим умственной работы, делом, лучше заниматься до обеда, а не после обеда. Блаженный Иероним сказал: «от сытаго чрева не жди чистаго ума» (Посл. к Пр. Неп.). Если же так на службе гражданской и в деятельности ученой: дела ли наши христианския, обязанности ли церковныя до того неважны, чтоб для их выполнения успешнаго не нужно было нам прибегать к воздержанию? — Когда молиться легче, и молитва чище: тогда ли, как сытость клонит ко сну, или когда чистота желудка, и тихое неразгоряченное движение крови успокоивают воображение, и даже помогают душе ощущать сладость священнаго умиления? Кто сам добровольным неядением смиряет свое тело, тот по своему опыту может вернее судить, как тяжело нищему по неволе терпеть голод. И тогда как пресыщенный голоднаго не разумеет, постящийся щедрую милостыню расточает бедным.
   III. Так, при посредстве поста, приучаемся служить и угождать Богу добрыми делами. Аминь. (Извлеч. Из «Слов. и Реч.» Сергия, архиеп. херсонск. и одесск., ныне митр. моск., т, I, изд. 1893 г.).



Источник: Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года применительно к житиям святых, праздникам и др. священ. событиям, воспоминаемым Церковию, и приспособленных к живому проповедническому слову (импровизации). Составил по лучшим проповедническим образцам /Священник Григорий Дьяченко/. В двух томах. - /Второе пересмотренное и значительно дополненное издание/. - М.: Издание книгопродавца А. Д. Ступина, 1897. Электронный источник: Слово пастыря  



Кудымкарская епархия.
Русская Православная Церковь.
Московский патриархат.

Подписка на новости сайта

Создание и поддержка сайта - "Интернет проекты"
Работает на: Amiro CMS